Андрей Арешев: Россия в Сирии: альтернативы нет
Сирийский кризис и противодействие распространению террористических угроз.
Разрушительная активность трансграничного проекта под условным наименованием «Исламское Государство» вызывает растущую озабоченность военно-политического руководства России и стран СНГ. В ходе расширенного совместного заседания 20 ноября члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы пришли к выводу о необходимости ужесточить наказание за поддержку терроризма. Ужесточить уголовную ответственность предлагается «за терроризм и пособничество ему, включая вербовку, агитацию, пропаганду методов и практик террора, а также финансирование и любую иную поддержку террористических группировок». Предлагается усилить меры по обеспечению безопасности гражданских лиц входе проведения массовых мероприятий, на транспорте и в иных общественных местах. Кроме того, терроризм предложено объявить преступлением без срока давности.
Можно предположить, что это воплотится в конкретных нормативно-правовых актах, направленных, в том числе, на противодействие финансированию терроризма. Указом президента утверждено положение о соответствующей комиссии. В ходе саммите G20 президент России привёл данные, согласно которым действующие на Ближнем Востоке террористические организации получали поддержку с территорий 40 стран, включая Россию. По данным Росфинмониторинга, которые приводит газета «Известия», в 2013-2014 гг. денежные средства террористическим группировкам направляли 3,5 тыс. россиян из субъектов федерации. А в 2015 г. спецслужбы выявили общий объем транзакций в помощь «ИГ» на 300 млн. рублей.
Деятельность межведомственной комиссии по противодействию финансированию терроризма дополнит усилия Национального антитеррористического комитета и специализированных структур МВД, благодаря усилиям которых террористическая активность в России за последние пять лет снизилась более чем в 10 раз. Это в полной мере относится и к субъектам федерации Северо-Кавказского федерального округа. Существенно сократилось число потерь на Северном Кавказе, что свидетельствует о стабилизации ситуации. Интересно, что более половины от всех выявленных преступлений экстремистской направленности - преступления, выявленные в сети интернет. При этом серьезной проблемой для подразделений по борьбе с экстремизмом остаются группы пользователей в различных социальных сетях. Кроме того, большинство ресурсов экстремистской направленности зарегистрировано в доменных зонах иностранных государств. По оценке начальника Главного управления по противодействию экстремизму МВД Владимира Макарова, «наиболее активно с медиа-ресурсами работают представители так называемого «Исламского государства» (1), лидеры которого стремятся распространить свое влияние на Закавказье и Северо-Кавказский регион».
Как отмечалось 13 октября во Владикавказе в ходе презентации аналитического доклада ««Исламское государство»: сущность и противостояние», работа, проведённая в предшествующие несколько лет и связанная, в том числе, с подготовкой и проведением зимней Олимпиады в Сочи, позволила значительно снизить риски крупных терактов. Не прекращается соответствующая работа непосредственно «в поле». Вот лишь некоторые из недавних сообщений.
8 октября в ходе спецоперации в Старопромысловском районе Грозного были уничтожены трое боевиков. В результате перестрелки между силовиками и участниками НВФ ранения получили трое сотрудников чеченской полиции.
9 октября в Махачкале был задержан местный житель, вернувшийся из Сирии, где он воевал в 2014 г. и где его готовили к самоподрыву.
По сообщению Национального антитеррористического комитета, 16 октября в ингушском селе Сурхахи Назрановского района был обнаружен бандитский тайник «с арсеналом оружия и боеприпасов, в котором находились две пусковые установки противотанковых управляемых ракет, пулемет, пять автоматов, свыше 5 тысяч боеприпасов различного калибра к стрелковому оружию, множество гранат, запалов и выстрелов к подствольному гранатомету, маски, радиостанции, а также свыше 20 кг взрывчатых веществ». По оперативным данным, схрон принадлежал участникам одной из бандгрупп, нейтрализованной силами ФСБ России в ходе контртеррористической операции 12 октября и причастной к целому ряду преступлений террористической направленности. Ранее, в сентябре, тайники с оружием были обнаружены на Сунженском хребте, в районе административной границы Чечни и Ингушетии, в недалеко от населенного пункта Слепцовская; имели место и другие подобные случаи.
В начале ноября взрывное устройство мощностью в 3,5 т в тротиловом эквиваленте было обнаружено и обезврежено в Ингушетии, между населенными пунктами Кантышево и Верхнее Ачалуки. «По предварительным данным, бомба принадлежала нейтрализованному 31 октября в Назрани главарю действующего на территории Ингушетии бандподполья Беслану Махаури», - отметил представитель ФСБ. Ранее в Ингушетии были ликвидированы два присягнувших «ИГ» лидера боевиков, включая «амира» Сунженского джамаата запрещенного в России «Имарата Кавказ» Беслана Махаури. Именно он, по данным правоохранительных органов, организовал в 2013 г. теракт возле Сунженского РОВД Чечни, повлёкший человеческие жертвы.
22 ноября в Нальчике был уничтожен главарь местной ячейки террористической организации «ИГ» и двое его сообщников. По словам представителя правоохранительных органов Кабардино-Балкарии, «вечером в воскресенье в Нальчике ликвидировано самое крупное управленческое звено так называемого террористического джамаата, действовавшего на Северном Кавказе». Убитый главарь ячейки «ИГ» и двое подручных взаимодействовали с бандитами в центральном секторе Нальчика и его окрестностях.
В недавнем интервью глава Дагестана Рамазан Абдулатипов рассказал, что в 2014-2015 гг. в республике было предотвращено более двадцати терактов, убито более двухсот террористов, около пятисот арестовано. Многих бывших боевиков удалось вернуть к мирной жизни. С начала года Северо-Кавказским окружном военным судом было вынесено несколько приговоров по статье 205.1 УК РФ »Содействие террористической деятельности». Так, 15 октября Верховный суд РФ признал законным приговор осужденному за экстремизм жителю Дагестана Шамилю Омарову. В мае Омаров был признан виновным в участии в экстремистской организации «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами» и подготовке в ее составе к насильственному свержению действующей власти. Он приговорён к 5 годам колонии и штрафу в 40 тысяч рублей.
В минувшем мае Северо-Кавказский окружной суд осудил двух жителей Карачаево-Черкесии Руслана Ионова и Мурада Назирова, соответственно на семь и на три года колонии, причём удалось вскрыть модель работы вербовщиков. В числе осужденных также деятельно раскаявшийся выходец из Хасавюртовского района Дагестана Хабиб Хабибов, который занимался вербовкой новых боевиков, а также поисками финансов для «Исламского государства».
Всего же, по данным правоохранительных органов, с января по октябрь 2015 г. на территории Северо-Кавказского федерального округа были задержаны «десятки человек», подозревающихся в причастности к деятельности «ИГ». Против выходцев из России, воюющих на стороне исламистских боевиков в Сирии, возбуждено 477 уголовных дел. Как отметил и.о. начальника Центра по противодействию экстремизму ГУ МВД по СКФО Эдуард Рыбинцев, «правоохранительными органами СКФО проведены десятки успешных задержаний, многие из этих лиц уже привлечены к ответственности. Установлены персональные данные большинства лиц – выходцев из СКФО, выехавших на Ближний Восток для участия в боевых действиях в рядах экстремистов».
16 октября, выступая на заседании Совета глав государств – участников СНГ, Президент России Владимир Путин заявил, что на стороне «Исламского государства» (1) воюет около семи тысяч выходцев из России и стран СНГ. По последним данным ФСБ, около участниками данной группировки являются 2,4 тыс. граждан России. Глава российского государства отметил, что нельзя допустить их возвращения домой для применения полученного в Сирии опыта. 17 октября в ходе VI Сяншаньского форума по безопасности заместитель министра обороны РФ Анатолий Антонов заявил, что террористическая организация «Исламское государство» для проникновения в страны СНГ и на север Китая может использовать Афганистан. Особо следует отметить слова замминистра о том, что в настоящее время «ИГ» обладает стабильными источниками доходов.
Заметим, что угрозы боевиков в адрес России начали звучать ещё задолго до 30 сентября, когда российская авиация совершила свои первые рейды с аэродрома Хмейним. Кроме того, под общим брендом «Исламское Государство», на взгляд автора, следует понимать отнюдь не только протогосударственное образование с центром в Эр-Ракке, но также и конгломерат разношёрстных группировок, пока ещё контролирующих значительные территории в Сирии и Ираке и постоянно меняющих свои «вывески». Многие из этих группировок, включая «Джебхат ан-Нусру», характеризуются некоторыми СМИ, политиками и дипломатами в качестве «умеренных»; западные инструкторы тренируют их боевиков в Турции и Иордании; им поставляется современное оружие, а экономическая (в частности, финансовая) активность вряд ли серьёзно пресекается под смехотворным предлогом того, что это, якобы, невозможно по техническим причинам. Между тем, помимо идеологической мотивации, любая война, прежде или теперь, вряд ли возможна без стабильных источников финансирования, на пресечение которых направлены действия авиации российских ВКС в Сирии.
Недавнее заявление заместителя начальника Генштаба Андрея Картаполова о создании в Сирии новой военной базы свидетельствует не только о наращивании усилий в рамках противодействия террористической угрозе, но и о создании условий, необходимых для обеспечения безопасности сирийского государства после разгрома террористических банд, представляющих непосредственную угрозу его существованию. В то же время, нежелание западных стран бороться с терроризмом всерьёз в полной мере свидетельствует о сознательной тактике на затягивание сирийского кризиса, который чем дальше, тем больше будет угрожать социально-политической стабильности России и её соседей.
Террористическая угроза, наряду с экономическим, дипломатическим, информационным и иным давлением, вполне возможно, будет использована в качестве элемента «гибридной войны» против России, ведущейся системно и последовательно. «Мусульмане России ещё не выходят на улицы», – сожалеет Financial Times. Уже сегодня можно слышать откровенные намёки на то, что следствием решения Москвы вмешаться в сирийский конфликт станет значительное увеличение вероятности террористических актов внутри России. Скорее всего, вовсе не случайно авторами ряда западных аналитических работ подробно рассматривается, в частности, деятельность выходцев с российского Кавказа в составе различных экстремистских группировок на территории Сирии. Судя по некоторым данным, в октябре к наспех сколоченному конгломерату «умеренных» террористов (так называемая «Армия завоевания») присоединился некий «крымский джамаат», некоторые участники которого были замечены в своё время на Донбассе. На прошлой неделе властями Кувейта была вскрыта нелегальная сеть поставщиков оружия для «Исламского государства» с использованием территорий и возможностей Украины и Турции.
По мнению некоторых заинтересованных наблюдателей, радикализация даже небольшого меньшинства, которая не регистрируется социологическими опросами и может остаться незамеченной властями и традиционным духовенством, способна нанести неисчислимый ущерб и стоить тысяч жизней. В этой связи представляется особо важным, что действия российской авиации «на дальних рубежах» подкрепляются комплексной работой правоохранительных органов (о которой было частично рассказано выше), призванной даже теоретически исключить любые попытки развернуть деструктивную активность в некоторых российских регионах.
Не менее важное значение имеет обеспечение безопасности российских граждан за рубежом, особенно в ситуации, когда нас открыто предупреждают, что отныне любой из них является мишенью. После катастрофы российского лайнера над Синаем 31 октября Президент России пообещал всему миру «найти и наказать» виновных в этом и других аналогичных преступлениях «без срока давности». Глава российского государства особо отметил важное обстоятельство: «Все, кто попытается оказать содействие преступникам, должны знать, что последствия от попыток такого укрывательства будут лежать полностью на их плечах». В этой связи не исключено, что политико-дипломатические и иные контакты Москвы с лидерами некоторых стран, не стесняющихся поддерживать орудующих в Сирии террористов и не скрывающих своего возмущения действиями российской авиации по их уничтожению, несколько образумят тамошние «горячие головы».
Как свидетельствуют драматические эпизоды конца 1990-х – начала 2000-х годов, в прицеле экстремистов может оказаться, к сожалению, любой российский регион, не исключая Москву, являющуюся средоточием транзитных путей из постсоветских стран на Ближний Восток, а также базой для нескольких сотен рекрутеров в пользу «ИГ».
В очередной раз об этом пришлось вспомнить 11 октября, с появлением информации об обезвреживании в Москве диверсионно-террористической группы, готовившей крупный теракт. Как рассказал директор ФСБ Александр Бортников, были задержаны 12 российских граждан – членов и пособников террористической организации «Исламское государство», готовивших теракт на объектах общественного транспорта с применением самодельного взрывного устройства. 13 октября Лефортовский суд Москвы постановил взять под стражу Эльмана Ашаева, Аслана Байсултанова и Мохмада Межидова. По словам главы Чечни Рамзана Кадырова, Байсултанов является правой рукой одного из главарей банды, примкнувших к «ИГ»; в то же время его организатор этого преступления «не в Грозном и не в России, а далеко за пределами».
20 октября стало известно о задержании в московском регионе сотрудниками ФСБ и МВД двадцати двух участников запрещенной в России организации «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами». Разумеется, работа по выявлению членов различных экстремистских группировок в субъектах Российской Федерации будет продолжена и впредь, в том числе связанная с контролем миграционных потоков.
При этом надо чётко понимать, что со стороны «западных партнёров» никакие действия российских властей, направленные на укрепление внутренней стабильности, понимания, как минимум, не встретят. Авторы недавнего скандального репортажа CNN утверждают, что последствиями спецоперации в Сирии для России станет переток боевиков «ИГ» в нашу страну и новые теракты, проводя недвусмысленные параллели с трагическими событиями в Москве и Беслане.
Нетрудно заметить, что так называемые «глобальные медиа» и некоторые «эксперты» переходят всякие рамки стеснения и рассказывают о желаемых ими сценариях практически открытым текстом. И это вовсе не удивительно – ведь, по мнению ряда экспертов, с началом российской антитеррористической операции в Сирии экстремистские группировки начали нести действительно серьёзные потери, и их перспективы (в том числе и за пределами Ближнего Востока) теперь отнюдь не столь радужны, как это представлялось до 30 сентября 2015 г. Нарастающая информационная истерия – признак проблем с реализацией сценариев экспорта ближневосточной нестабильности на территорию России.
Таким образом, действия Москвы и её союзников по уничтожению боевиков и подрыву инфраструктуры террористических банд в Сирии не имеют альтернативы.
