Серж Саргсян: Во время войн полупрезидентская модель государственного управления не жизнеспособна
При военной ситуации полупрезидентская модель государственного управления, в отличие от президентской и парламентской моделей, не является жизнеспособной. Об этом заявил президент Армении Серж Саргсян в интервью представителям армянских телекомпаний.
Отметим, Серж Саргсян вечером 2 декабря дал объемное интервью представителям армянских телекомпаний, ответив на их многочисленные вопросы, которые в основном относились к изменениям в Конституцию РА: необходимости и цели их инициирования, важности этих изменений для государства, аргументам высказывающихся против реформирования Основного закона и их обоснованности и др. Журналисты также поинтересовались у президента проведенной правоохранительными органами на днях в столице специальной операцией и ходом уголовного дела, возбужденного в Следственном управлении Службы национальной безопасности РА.
В частности во время интервью прозвучал вопрос относительно положения проекта изменений в Конституцию РА об институте Верховного главнокомандующего, в соответствии с которым Верховного главнокомандующего Вооруженными Силами в мирное время нет, эту функцию осуществляет коллегиальный орган, в данном случае правительство. Журналисты у президента поинтересовались, не несет ли это в себе опасность.
В ответ Серж Саргсян указал, что речь не идет об отсутствии Верховного Главнокомандующего, в соответствии с предлагаемыми изменениями, Верховный главнокомандующий – это коллегиальный, коллективный орган.
«Несомненно, агитаторы штаба „Нет”, в зависимости от аудитории, пытаются использовать шаблоны, которые, может быть, приятны для слуха простых граждан. И конечно, когда они отправляются в приграничные районы и говорят, что в мирное время страна останется без Верховного Главнокомандующего, люди, наверное, недоумевают», – сказал президент.
«Но заявляю со всей ответственностью, что в парламентской модели, то есть в предлагаемой модели, отсутствие Верховного Главнокомандующего является результатом длительных размышлений и сознательного подхода.
Смотрите, если реформы будут одобрены, вся исполнительная власть будет сосредоточена в правительстве, вся. И в таком случае наделение премьер-министра полномочиями Верховного главнокомандующего, считаю, также содержит в себе большую опасность при мирных условиях. Почему? Потому что, когда говоришь Верховный главнокомандующий, то подразумеваешь безоговорочный подход к использованию войск с его стороны. А где могут быть использованы войска в мирное время? Не хочу слишком вдаваться в подробности, но при таком количестве полномочий получение еще и полномочия по использованию войск в мирное время представляет собой очень большую опасность.
Например, я или мои предшественники, в качестве Верховного главнокомандующего, на практике, в основном, чем занимаемся? Каждое утро министр обороны докладывает о сложившейся ситуации и, естественно, получает соответствующие указания. Могут быть дни, когда он докладывает по четыре раза, и это входит в его обязанности. Кроме того, каждую субботу министр обороны в конкретное время представляет обширный доклад относительно боеспособности ВС, безопасности, кадровой политики и других вопросов, получая при этом решения по части данных вопросов. При президенте действует Главная военная инспекция, которая регулярно проводит плановые или внеочередные проверки войск с целью выявления степени их боевой готовности. Может ли эта структура действовать при правительстве? Может, почему нет.
Кроме того, я, как Верховный главнокомандующий, периодически, в течение года по разным поводам несколько раз бываю в воинских частях, общаюсь с командным составом, военнослужащими, лично чувствую морально-психологическую атмосферу. Какие из этих функций не сможет выполнить премьер-министр в мирное время?» – сказал глава государства.
«Повторюсь, Верховный главнокомандующий нужен для того, чтобы обеспечить боевую готовность войск в мирное время, а в военное время мобилизовать все ресурсы для выполнения поставленной военно-политической задачи. И если все ресурсы находятся в распоряжении правительства, кто может эффективнее осуществлять эту функцию: человек, который по Конституции должен координировать деятельность государственных органов, или человек, который должен руководить деятельностью государственных органов? Я считаю, что именно по этой причине, а также для того, чтобы право и ответственность были в одном месте, мы проводим эти реформы», – сказал Серж Саргсян.
« Я искренне заявляю: если бы в нашей стране действовала президентская модель, возможно, я и не пошел бы на эти реформы, может быть, и не пошел бы, поскольку у парламентской модели есть свои преимущества, а у президентской – свои», – сказал Серж Саргсян.
Отметим, Серж Саргсян вечером 2 декабря дал объемное интервью представителям армянских телекомпаний, ответив на их многочисленные вопросы, которые в основном относились к изменениям в Конституцию РА: необходимости и цели их инициирования, важности этих изменений для государства, аргументам высказывающихся против реформирования Основного закона и их обоснованности и др. Журналисты также поинтересовались у президента проведенной правоохранительными органами на днях в столице специальной операцией и ходом уголовного дела, возбужденного в Следственном управлении Службы национальной безопасности РА.
В частности во время интервью прозвучал вопрос относительно положения проекта изменений в Конституцию РА об институте Верховного главнокомандующего, в соответствии с которым Верховного главнокомандующего Вооруженными Силами в мирное время нет, эту функцию осуществляет коллегиальный орган, в данном случае правительство. Журналисты у президента поинтересовались, не несет ли это в себе опасность.
В ответ Серж Саргсян указал, что речь не идет об отсутствии Верховного Главнокомандующего, в соответствии с предлагаемыми изменениями, Верховный главнокомандующий – это коллегиальный, коллективный орган.
«Несомненно, агитаторы штаба „Нет”, в зависимости от аудитории, пытаются использовать шаблоны, которые, может быть, приятны для слуха простых граждан. И конечно, когда они отправляются в приграничные районы и говорят, что в мирное время страна останется без Верховного Главнокомандующего, люди, наверное, недоумевают», – сказал президент.
«Но заявляю со всей ответственностью, что в парламентской модели, то есть в предлагаемой модели, отсутствие Верховного Главнокомандующего является результатом длительных размышлений и сознательного подхода.
Смотрите, если реформы будут одобрены, вся исполнительная власть будет сосредоточена в правительстве, вся. И в таком случае наделение премьер-министра полномочиями Верховного главнокомандующего, считаю, также содержит в себе большую опасность при мирных условиях. Почему? Потому что, когда говоришь Верховный главнокомандующий, то подразумеваешь безоговорочный подход к использованию войск с его стороны. А где могут быть использованы войска в мирное время? Не хочу слишком вдаваться в подробности, но при таком количестве полномочий получение еще и полномочия по использованию войск в мирное время представляет собой очень большую опасность.
Например, я или мои предшественники, в качестве Верховного главнокомандующего, на практике, в основном, чем занимаемся? Каждое утро министр обороны докладывает о сложившейся ситуации и, естественно, получает соответствующие указания. Могут быть дни, когда он докладывает по четыре раза, и это входит в его обязанности. Кроме того, каждую субботу министр обороны в конкретное время представляет обширный доклад относительно боеспособности ВС, безопасности, кадровой политики и других вопросов, получая при этом решения по части данных вопросов. При президенте действует Главная военная инспекция, которая регулярно проводит плановые или внеочередные проверки войск с целью выявления степени их боевой готовности. Может ли эта структура действовать при правительстве? Может, почему нет.
Кроме того, я, как Верховный главнокомандующий, периодически, в течение года по разным поводам несколько раз бываю в воинских частях, общаюсь с командным составом, военнослужащими, лично чувствую морально-психологическую атмосферу. Какие из этих функций не сможет выполнить премьер-министр в мирное время?» – сказал глава государства.
«Повторюсь, Верховный главнокомандующий нужен для того, чтобы обеспечить боевую готовность войск в мирное время, а в военное время мобилизовать все ресурсы для выполнения поставленной военно-политической задачи. И если все ресурсы находятся в распоряжении правительства, кто может эффективнее осуществлять эту функцию: человек, который по Конституции должен координировать деятельность государственных органов, или человек, который должен руководить деятельностью государственных органов? Я считаю, что именно по этой причине, а также для того, чтобы право и ответственность были в одном месте, мы проводим эти реформы», – сказал Серж Саргсян.
« Я искренне заявляю: если бы в нашей стране действовала президентская модель, возможно, я и не пошел бы на эти реформы, может быть, и не пошел бы, поскольку у парламентской модели есть свои преимущества, а у президентской – свои», – сказал Серж Саргсян.
