"Недозволенное" Украине и Беларуси "дозволено" Армении"
Региональная интеграция выгодна отнюдь не таким как Россия странам с мощным нефтегазовым и сырьевым сектором. Интеграция в ЕАЭС выгодна странам даже с относительно развитой перерабатывающей промышленностью: Беларуси и Армении. Подобное мнение выразил АрмИнфо руководитель Центра европейских исследований ИМЕМО РАН Алексей Кузнецов.
"Стремление к интеграционным процессам скорее является реакцией России на кризис глобального регулирования экономических аспектов, прежде всего в ВТО. Россия потратила 17 лет на вступление в ВТО и до сего дня практически не успела получить от этого никаких выгод", -- считает экономист. Это стало возможным, по его мнению, из-за того, что американцы стали развивать альтернативные, макрорегиональные интеграционные проекты -- Транстихоокеанское и Трансатлантическое партнерство. Они пока не вступили в силу, но Транстихоокеанское очень близко к этому, а Трансатлантическое может заработать гораздо быстрее, чем мы думаем. По оценкам Кузнецова, Китай уже на это реагирует "Шелковым путем", продолжением развития диалога ASIAN+6 и т.д. И в этом свете России также следовало предложить соседям аналогичный проект в целях увеличения своего довольно скромного места путем развития интеграционной группировки. В экономическом плане Россия от подобной интеграции будет получать весьма скромные дивиденды. В силу своих размеров прирост рынка для России объективно будет практически нулевым. Хотя, по оценкам эксперта, это не сугубо политически мотивированный проект. На его взгляд, скорее речь идет о политической мотивации в контексте стремления России посредством ЕАЭС увеличить свой политический вес в экономических переговорах. По его оценкам, исходная идея о создании "Шелкового пути" вообще не предусматривала участия России. Но сегодня Россия, Казахстан и Киргизия активно пытаются на единой базе ЕАЭС вклиниться в этот китайский проект на наиболее благоприятных для себя условиях. "И очень похоже, что предельно аккуратные китайцы с этим стремлением считаются, хотя даже в этом формате они своего уж точно не упустят. Все это очень напоминает развитие экономической и политической интеграции в рамках Евросоюза. Тем не менее, считаю, что на первых стадиях интеграции в рамках ЕАЭС мы можем полностью избежать политического аспекта", -- подытожил экономист.
"В экономическом плане совмещение партнерства с являющимся внешнеторговым партнером Армении ь1 ЕС с членством Армении в ЕАЭС, безусловно, возможно. Даже Россия все равно будет завязана на Европейском Союзе. Доля и роль ЕС в торговом обороте и инвестиционном портфеле РФ будет уменьшаться, но от этого она не перестанет быть ведущей и это наша задача. Очень тяжело найти альтернативу в другом направлении", -- отмечает эксперт. По оценкам Кузнецова, проблема Украины была не в том, что она шла в Европу, а в том, как она туда шла. Киев всегда ставил такой пафосный приоритет Евросоюза, отказываясь слушать не только реально объективные выкладки и доводы Москвы, но и выкладки и доводы украинских ученых. По его мнению, в долгосрочном плане Москва идет к идее создания Зоны свободной торговли между ЕС и ЕАЭС. И в этом свете определенная либерализация торговли членов ЕАЭС с ЕС России не помеха. Особенно в случае отсутствия угрозы Таможенному союзу, чего от Армении, не имеющей границ с Россией, ждать не приходится. "Мы же видим, что происходит с Беларусью, с которой, притом, у России формально хорошие отношения. Представляете, что бы было на украинской границе? В Москве боялись именно этого, хотя европейцы долгое время убеждали нас, что проблем после подписания Украиной DCFTA в ЕС с товарооборотом не будет. В свое время нас также убеждали, что не создает угроз и расширение НАТО на Восток. Поэтому сегодня мы понимаем, что подобные разговоры -- это разговоры в пользу бедных", -- подчеркивает эксперт. "Иными словами, "недозволенное" Украине и Беларуси вполне может быть "дозволено" не имеющей общих границ с Россией, небольшой Армении. Насколько я понимаю, руководство Армении наиболее здраво пытается оценивать, что стране реально выгодно, а что нет. И мы вполне понимаем, что полуизолированное положение Армении заставляет ее как-то выкручиваться", -- отметил Кузнецов.
"Азербайджан может попытаться разрешить карабахский конфликт в свою пользу, в том числе посредством ЕАЭС. Но в чистом виде ЕАЭС разрешить конфликт не может никак. Конечно, вступив в ЕС, Франция и Германия примирились, правда, в де-факто границах в момент вступления. Но есть и пример Кипра, вступившего в ЕС, так и не примирившись с турецкой частью. Азербайджану как нефтегазовой стране вступление в ЕАЭС в целом не выгодно. Более того, Баку продолжает строить разновекторную политику, особенно в свете снижения уровня изоляции Ирана, в том числе российскими стараниями", -- отмечает эксперт. В этом свете, Кузнецов считает, что ЕАЭС может быть успешен не за счет большего расширения, а за счет выступления с единой позиции в международных организациях и экономической политике. Кстати, очень интересен и открывающийся России через Армению рынок Ирана.
При этом экономист считает, что повышение с 1 мая 2016-го акцизных ставок на целый ряд наименований в рамках процесса гармонизации единых акцизных ставок в ЕАЭС, является одним из краткосрочных негативных моментов членства Армении в организации. И компенсировать их можно и нужно за счет возможностей общего рынка ЕАЭС. Хотя сделать это быстро нереально, на фоне спада российской экономики в 2015-м. Соответственно, эффект, которого ожидали страны ЕАЭС от беспрепятственного выхода на динамичный российский рынок, по его оценкам, не оправдался. Динамика сохранилась, но ведет она российскую экономику в несколько ином направлении. Хотя прогнозы говорят о том, что 2016-й должен стать для экономики России более благоприятным. "В России прекрасно понимают, что Армению принимали в ЕАЭС не для того, чтобы обдирать как липку. Повышение акцизов -- следствие гармонизации ставок в ЕАЭС и, естественно, компенсирующие механизмы являются объективной необходимостью. Но для их появления эти механизмы должен разработать и предложить Ереван. В России ведь специалистов по армянской экономике, скажем так, не так уж много", -- отметил Кузнецов.
"Стремление к интеграционным процессам скорее является реакцией России на кризис глобального регулирования экономических аспектов, прежде всего в ВТО. Россия потратила 17 лет на вступление в ВТО и до сего дня практически не успела получить от этого никаких выгод", -- считает экономист. Это стало возможным, по его мнению, из-за того, что американцы стали развивать альтернативные, макрорегиональные интеграционные проекты -- Транстихоокеанское и Трансатлантическое партнерство. Они пока не вступили в силу, но Транстихоокеанское очень близко к этому, а Трансатлантическое может заработать гораздо быстрее, чем мы думаем. По оценкам Кузнецова, Китай уже на это реагирует "Шелковым путем", продолжением развития диалога ASIAN+6 и т.д. И в этом свете России также следовало предложить соседям аналогичный проект в целях увеличения своего довольно скромного места путем развития интеграционной группировки. В экономическом плане Россия от подобной интеграции будет получать весьма скромные дивиденды. В силу своих размеров прирост рынка для России объективно будет практически нулевым. Хотя, по оценкам эксперта, это не сугубо политически мотивированный проект. На его взгляд, скорее речь идет о политической мотивации в контексте стремления России посредством ЕАЭС увеличить свой политический вес в экономических переговорах. По его оценкам, исходная идея о создании "Шелкового пути" вообще не предусматривала участия России. Но сегодня Россия, Казахстан и Киргизия активно пытаются на единой базе ЕАЭС вклиниться в этот китайский проект на наиболее благоприятных для себя условиях. "И очень похоже, что предельно аккуратные китайцы с этим стремлением считаются, хотя даже в этом формате они своего уж точно не упустят. Все это очень напоминает развитие экономической и политической интеграции в рамках Евросоюза. Тем не менее, считаю, что на первых стадиях интеграции в рамках ЕАЭС мы можем полностью избежать политического аспекта", -- подытожил экономист.
"В экономическом плане совмещение партнерства с являющимся внешнеторговым партнером Армении ь1 ЕС с членством Армении в ЕАЭС, безусловно, возможно. Даже Россия все равно будет завязана на Европейском Союзе. Доля и роль ЕС в торговом обороте и инвестиционном портфеле РФ будет уменьшаться, но от этого она не перестанет быть ведущей и это наша задача. Очень тяжело найти альтернативу в другом направлении", -- отмечает эксперт. По оценкам Кузнецова, проблема Украины была не в том, что она шла в Европу, а в том, как она туда шла. Киев всегда ставил такой пафосный приоритет Евросоюза, отказываясь слушать не только реально объективные выкладки и доводы Москвы, но и выкладки и доводы украинских ученых. По его мнению, в долгосрочном плане Москва идет к идее создания Зоны свободной торговли между ЕС и ЕАЭС. И в этом свете определенная либерализация торговли членов ЕАЭС с ЕС России не помеха. Особенно в случае отсутствия угрозы Таможенному союзу, чего от Армении, не имеющей границ с Россией, ждать не приходится. "Мы же видим, что происходит с Беларусью, с которой, притом, у России формально хорошие отношения. Представляете, что бы было на украинской границе? В Москве боялись именно этого, хотя европейцы долгое время убеждали нас, что проблем после подписания Украиной DCFTA в ЕС с товарооборотом не будет. В свое время нас также убеждали, что не создает угроз и расширение НАТО на Восток. Поэтому сегодня мы понимаем, что подобные разговоры -- это разговоры в пользу бедных", -- подчеркивает эксперт. "Иными словами, "недозволенное" Украине и Беларуси вполне может быть "дозволено" не имеющей общих границ с Россией, небольшой Армении. Насколько я понимаю, руководство Армении наиболее здраво пытается оценивать, что стране реально выгодно, а что нет. И мы вполне понимаем, что полуизолированное положение Армении заставляет ее как-то выкручиваться", -- отметил Кузнецов.
"Азербайджан может попытаться разрешить карабахский конфликт в свою пользу, в том числе посредством ЕАЭС. Но в чистом виде ЕАЭС разрешить конфликт не может никак. Конечно, вступив в ЕС, Франция и Германия примирились, правда, в де-факто границах в момент вступления. Но есть и пример Кипра, вступившего в ЕС, так и не примирившись с турецкой частью. Азербайджану как нефтегазовой стране вступление в ЕАЭС в целом не выгодно. Более того, Баку продолжает строить разновекторную политику, особенно в свете снижения уровня изоляции Ирана, в том числе российскими стараниями", -- отмечает эксперт. В этом свете, Кузнецов считает, что ЕАЭС может быть успешен не за счет большего расширения, а за счет выступления с единой позиции в международных организациях и экономической политике. Кстати, очень интересен и открывающийся России через Армению рынок Ирана.
При этом экономист считает, что повышение с 1 мая 2016-го акцизных ставок на целый ряд наименований в рамках процесса гармонизации единых акцизных ставок в ЕАЭС, является одним из краткосрочных негативных моментов членства Армении в организации. И компенсировать их можно и нужно за счет возможностей общего рынка ЕАЭС. Хотя сделать это быстро нереально, на фоне спада российской экономики в 2015-м. Соответственно, эффект, которого ожидали страны ЕАЭС от беспрепятственного выхода на динамичный российский рынок, по его оценкам, не оправдался. Динамика сохранилась, но ведет она российскую экономику в несколько ином направлении. Хотя прогнозы говорят о том, что 2016-й должен стать для экономики России более благоприятным. "В России прекрасно понимают, что Армению принимали в ЕАЭС не для того, чтобы обдирать как липку. Повышение акцизов -- следствие гармонизации ставок в ЕАЭС и, естественно, компенсирующие механизмы являются объективной необходимостью. Но для их появления эти механизмы должен разработать и предложить Ереван. В России ведь специалистов по армянской экономике, скажем так, не так уж много", -- отметил Кузнецов.
