Эрдоган подставил Обаму: Турция берет на себя роль ближневосточного изгоя
Analysis
Турецкая провокация в виде сбитого в Сирии российского бомбардировщика смешала карты США на Ближнем Востоке. И без того сложнейшая для американцев ситуация в регионе проведения так называемой «антиджихадистской» военной операции приняла невыгодное для них развитие.
Все прошедшие с 24 ноября дни можно было услышать множество версий совершённой турками диверсии. Одной из наиболее популярных в СМИ стала та, которая утверждает наличие американо-турецкого заговора против России. Вашингтон и Анкара на самом деле готовили Москве «сюрприз» в Сирии. Но ближневосточный союзник основательно подставил американцев, лишний раз продемонстрировав свою непредсказуемость даже для партнёров по доверительному военно-политическому диалогу.
После терактов в Париже 13 ноября, на саммите G20 в Анталье, состоявшемся 15−16 ноября, на высшем политическом уровне между США и Турции был уточнён ряд совместных действий союзников в Сирии. Помимо создания 100-километрового наземного буфера на сирийско-турецком участке границы от Джарабулуса до Аазаза (в планах Анкары продление этой линии на запад, вплоть до средиземноморского побережья арабской страны) президенты Барак Обама и Реджеп Тайип Эрдоган условились провести мощную огневую операцию. Её официальной мишенью должны были стать позиции «Исламского государства» в тех провинциях на севере и северо-западе Сирии, где линия фронта неустойчива. Это провинции Алеппо и Идлиб. Здесь союзные правительственным войскам Башара Асада силы, в числе которых иранские добровольцы и бойцы ливанского движения «Хизбалла», ведут с террористами ИГ, «Джебхат ан-Нусры», «Ахрар аш-Шама», «Джейш аль-Мухаджирин валь-Ансара» ожесточённые бои. Поддержку с воздуха, без которой союзникам Дамаска на северном театре военных действий пришлось бы туго, оказывает российская авиагруппа.
Подготовленный американцами и турками «сюрприз» для россиян заключался в том, что ВВС Турции и ВМС США планировали обрушить формально на ИГ серию ударов, а в действительности сильно задеть «по касательной» с трудом, но продвигающиеся сирийские войска. В том, в чём Россию обвиняют западные и некоторые ближневосточные круги все прошедшие с начала военной операции ВКС РФ в Сирии недели, США и Турция решили развернуть против Москвы. Логика «заговорщиков» была до предела проста: «русские большей частью бомбят не „игиловцев“, а „умеренных“, тогда почему мы не можем сделать то же самое». То есть, прикрывшись благими намерениями нанесения урона террористам, ослабить наступательный порыв правительственных войск Сирии. В этом особенно заинтересована Турция, которую просто захлёстывают приступы бешенства от того, что иранцы на земле, а россияне с воздуха ведут успешные военные операции в её южном подбрюшье, а у самой Анкары нет и не было никаких легальных прав на проведение каких-либо военных действий на территории Сирии.
Практически одновременно с зафиксированными Обамой и Эрдоганом в Анталье договорённостями (1) из места базирования в Норфолке, штат Вирджиния, в зону Персидского залива 16 ноября направилась авианесущая корабельная группировка США. На борту флагмана группировки авианосца Harry S. Truman размещено 7-е авиакрыло американских ВМС. Прежде чем встать на боевое дежурство в Заливе, из акватории Восточного Средиземноморья Harry S. Truman и сопровождающие его корабли (2) должны были провести пуски крылатых ракет. Возможно, с палубы авианосца поднялись бы и ударные самолёты с задачей отработать цели в Сирии. Синхронно с этим турецкая авиация, с вероятным подключением американских многоцелевых истребителей F-15 и штурмовиков А-10 с авиабазы «Инджирлик», провела бы серию массированных рейдов в северной Сирии.
Американо-турецкая заготовка имела основной целью «поставить русских на место». Пуски крылатых ракет ВМФ России из Средиземного моря и Каспийского бассейна, задействование Дальней авиации РФ с обоих указанных направлений порядком раззадорили Вашингтон и Анкару. К тому же американцы сильно забеспокоились в связи с возникшими в небе над Восточным Средиземноморьем, например, в ливанском секторе, «угроз» для безопасности полётов гражданской авиации. По этому поводу посвящённые вашингтонские аналитики впритык к 24 ноября успели передать опасения Белого дома. Ими указывалось, что Россия якобы 20 ноября затребовала от ливанских властей приостановки всех полётов на 72 часа, включая проходящие через международный аэропорт Бейрута маршруты. Причина — боевые пуски ВМФ и Дальней авиации России из восточной части Средиземного моря (3).
США и Турция решили ответить России, вздумавшей тягаться с ними в мощи на Ближнем Востоке. Но американцы подзабыли, с каким партнёром они имеют дело. Подбитие турецким F-16 российского Су-24 не входило в планы Белого дома. Вполне вероятно, что Эрдоган в ходе упомянутой встречи с Обамой поднял вопрос о продолжающихся «нарушениях» самолётами российских ВКС воздушного пространства его страны, что требовало, по настоянию Анкары, серьёзной реакции союзников. Но американцы вряд ли рассчитывали на реакцию Турции, выходящую за рамки максимум предупредительных выстрелов в сторону российских «нарушителей». В отличие от турецких деятелей, администрация Обамы ещё не настолько потеряла связь с реальностью, чтобы не предугадать дальнейшие шаги российского руководства.
Обама и команда его советников меньше всего хотели бы появления в регионе комплексов ПВО-ПРО С-400. Переброску за сутки из Подмосковья в сирийскую Латакию российских «Триумфов» американцы могут с уверенностью занести в свой военно-политический пассив. Эскадра во главе с авианосцем Harry S. Truman ещё и близко не подошла к Средиземному морю (расчётное время прибытия корабельной группировки в Персидский залив — 6 недель, начиная с выхода из базы в Норфолке 16 ноября), а на пути её вышеуказанной миссии уже появились свои ограничители.
В новых условиях американцам придётся идти на более продвинутый контакт с россиянами, избегая ненужных столкновений в сирийском небе. Прибавится ли уверенности военным пилотам с того же «Трумана», если при взлёте с борта авианесущего крейсера они будут сразу попадать под объектив радарного слежения С-400? За такой «подарок» от турок придётся отныне отдуваться именно американцам.
Обама также меньше всего хотел бы срыва набирающего обороты политического урегулирования в Сирии под эгидой многосторонних переговоров в Вене. И, наконец, Вашингтону в тягость абсолютно объективная критика Москвы в том, что США не в состоянии обеспечить выполнение тех договорённостей с Россией, под которыми стоит их подпись. Напомним, согласно Меморандуму о предотвращении инцидентов и обеспечении полётов авиации в ходе операций в Сирии, американцы взялись гарантировать соответствующее поведение всех своих партнёров по «антиджихадистской» коалиции.
Не берёмся утверждать, что Эрдоган 24 ноября умышленно подставил Обаму, имея свои, скрытые от американцев, замыслы. Однако отметать эту версию с ходу явно не следует. Анкара объективно заинтересована в росте конфронтации США и России вокруг Сирии. Она прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что любое объединение усилий двух мировых держав в борьбе с ИГ может происходить в ущерб турецким интересам в регионе. Как минимум, в той части, которая затрагивает вопрос создания на севере Сирии второго «Иракского Курдистана». Помощь курдов Ирака в борьбе с Саддамом Хусейном имела свою цену — автономия, по сути, ничем не отличающаяся от полного государственного суверенитета. Почему же борьба сирийских курдов с оружием в руках против ИГ не должна получить сопоставимое вознаграждение? Тем более, когда позиции США и России сходятся в том, что курды Сирии заслужили право, как минимум, на самоуправление в политико-территориальном будущем арабской страны. Отсюда и та нервозность Турции, во многом истеричное поведение её руководства, в своём концентрированном виде нашедшие воплощение утром 24 ноября.
Турция могла бы пуском ракет «воздух-воздух» попытаться столкнуть лбами США и Россию. Это заложено в провокационной манере поведения её нынешнего руководства, воспрявшего духом после успешных для себя выборов 1 ноября. Кстати, подобной провокацией Анкара решила сорвать и российско-французские планы выступления единым антитеррористическим фронтом в Сирии и Ираке. Авианосец Пятой республики Charles de Gaulle тоже устремился в район Персидского залива. И перед тем, как войти в Залив французскому кораблю был отдан приказ вступить во взаимодействие со средиземноморской эскадрой Россией, её флагманом ракетным крейсером «Москва».
На неожиданность для администрации Обамы турецкой провокации обращает внимание ряд последовавших шагов Вашингтона. Оттуда стали настаивать на том, чтобы Анкара направила дополнительные войска для защиты участка турецко-сирийской границы, через который, по данным ЦРУ, продолжается интенсивное перемещение боевиков ИГ и новых зарубежных рекрутов в состав этой террористической группировки. Озвучивается цифра в 30 тыс. турецких солдат, которым следует закрыть на замок контролируемые джихадистами с сирийской стороны участки границы. По словам американских чиновников, которые привела The Wall Street Journal, укрепление турецко-сирийской границы, в том числе развёртывание тяжёлой артиллерии и другой ударной мощи наземного базирования, стало бы наиболее действенным способом прекращения транзита боевиков ИГ и их грузов.
Вашингтон также стал отчётливо выговаривать свои претензии в адрес Анкары в связи с нарастающими ударами турецкой армии по курдским силам в регионе. Турции следует ввести в бой с ИГ новые ударные системы, увеличить интенсивность поражения позиций террористической организации на севере Сирии. Вместо того, она продолжает бить по сирийским и своим курдам (Рабочая партия Курдистана) — двум последовательным противникам ИГ. «Вы с нами или нет», — ставят вопрос «прямолинейные» американцы, уставшие от турецких изворачиваний.
Плюс ко всему подозрения США в связи с ведением Турцией двойной игры, использованием Анкарой некоторых полевых командиров ИГ в своих интересах, никуда не исчезли. Напротив, начиная с апреля-мая этого года, когда в распоряжении ЦРУ впервые появились задокументированные свидетельства о самых тесных связях турецких чиновников из силового блока страны с «игиловцами» (EADaily писало об этом в своих аналитических публикациях), у США накопилась внушительная база соответствующего компромата на Турцию. Даже после встречи Обамы и Эрдогана на полях саммита G20 в Анталье, американские издания не перестали утверждать, что между союзниками остаются глубокие разногласия по принципиальным вопросам из сирийского досье.
В правительстве и силах безопасности Турции существует, как минимум, пассивная поддержка ИГ, говорят вашингтонские аналитики. Это одна из причин, почему США до сих пор отказывают Турции в создании бесполётной зоны в северной Сирии. Ранее Обама подтвердил свою точку зрения, что выдвигаемая турецкой стороной ещё с 2013 года инициатива стала бы «контрпродуктивной». С появлением же российских С-400 бесполётность зоны над севером Сирии приобретает для Турции знак «минус». Теперь сами турецкие F-16 становятся непрошенными гостями в сирийском небе, потенциальными мишенями для их принудительной посадки на земле.
Совместная американо-турецкая операция в виде массированного накрытия целей в Сирии не отменена. Но, скорее всего, двум союзникам по евроатлантическому блоку придётся вносить в предыдущие планы существенные коррективы, учитывающие новую реальность. Пока за крейсером «Москва», оснащённым системой ПВО «Форт» (аналог С-300), морские суда США и Турции в регионе установили круглосуточное наблюдение. Данную миссию приняли на себя американский эсминец Carney (DDG 64) и две турецкие субмарины Dolunay и Burakreis. Что будет затем, когда авианосец Harry S. Truman войдёт в средиземноморские воды, предугадать сложно.
Впрочем, каков бы ни был дальнейший план действий США на сирийском направлении, со всей очевидностью предсказуемость турецкого партнёра для американцев упала к нулевой отметке. Турки опять предпочли союзнической солидарности собственную игру, с чем американцам пришлось столкнуться, например, весной 2003 года, когда решался вопрос вторжения сухопутных дивизий ВС США в Ирак с турецкой территории.
Сбить самолёт, а потом броситься в НАТО для обеспечения коллективного прикрытия своей провокации — это так «по-турецки» времён Османской империи. Только в те времена вместо НАТО турецкие султаны незамедлительно обращались к правителям Британской империи, когда они нуждались в помощи для борьбы с русскими царями.
Нынешние турецкие неоосманы во власти сделали выбор в пользу военно-политических диверсий в надежде переломить ситуацию в Сирии в свою пользу и отвести от самой Турции угрозу гражданской войны. Реакционная модель поведения турецких властей внутри страны, когда для поддержания «электорального тонуса» местное правительство может не побрезговать даже организацией «терактов», какие имели место в Суруче 20 июля и в Анкаре 10 октября, переносится на сирийский театр военных действий. Если за указанными террористическими нападениями действительно стояли боевики ИГ, то как это совмещается с уходящим за турецкий горизонт потоком гружённых нефтью автоцистерн? Террористическая активность ИГ на турецкой территории странным образом после выборов 1 ноября сошла на нет, а если и повторится, то, видимо, исключительно для целей новой политической импровизации властей. Например, в очередной раз подогнанной под соображения борьбы с внутренними врагами в лице «курдских сепаратистов» и радикальных оппозиционеров. Как это, похоже, имело место 1 декабря, на одной из станций стамбульского метрополитена…
Эрдоган и его приближённые загнаны в угол, откуда они действуют со стойким ощущением надвигающейся на Турцию гражданской войны. Её пламя эрдогановцы самым провокационным и одновременно агрессивным способом пытаются перекинуть за южные рубежи страны.
В итоге мы имеем подтверждение ранее выдвинутого EADaily прогноза. Согласно ему, турецкое руководство загоняет себя в позицию регионального маргинала. С таким непредсказуемым игроком всё меньше желают иметь общие дела те же американцы. Самым большим «достижением» эрдогановской Турции за последние почти 5 лет гражданской войны в Сирии стал основательный подрыв доверия к себе со стороны Греции, Армении, Сирии, Ирака, Ирана, Израиля, а теперь и России. Эту стройную шеренгу «карателей» надменного османа за его прошлые и нынешние исторические и геополитические грехи могут пополнить и США.
(1) Отметим, что предшествовавшая этому работа на уровне советников президентов США и Турции, военных и разведывательных ведомств двух стран с 30 сентября велась в интенсивном режиме и была основательно скрыта от излишнего внимания со стороны СМИ.
(2) Эскадрилья миноносцев 28 (Destroyer Squadron 28), крейсеры Anzio, Bulkeley и Gravely, а также эсминец Gonzalez (DDG 66).
(3) Ryan T. Tewell, US Carrier Deployment Opens a Strategic Opportunity in the Mediterranean // The Washington Institute for Near East Policy, November 23, 2015.
Все прошедшие с 24 ноября дни можно было услышать множество версий совершённой турками диверсии. Одной из наиболее популярных в СМИ стала та, которая утверждает наличие американо-турецкого заговора против России. Вашингтон и Анкара на самом деле готовили Москве «сюрприз» в Сирии. Но ближневосточный союзник основательно подставил американцев, лишний раз продемонстрировав свою непредсказуемость даже для партнёров по доверительному военно-политическому диалогу.
После терактов в Париже 13 ноября, на саммите G20 в Анталье, состоявшемся 15−16 ноября, на высшем политическом уровне между США и Турции был уточнён ряд совместных действий союзников в Сирии. Помимо создания 100-километрового наземного буфера на сирийско-турецком участке границы от Джарабулуса до Аазаза (в планах Анкары продление этой линии на запад, вплоть до средиземноморского побережья арабской страны) президенты Барак Обама и Реджеп Тайип Эрдоган условились провести мощную огневую операцию. Её официальной мишенью должны были стать позиции «Исламского государства» в тех провинциях на севере и северо-западе Сирии, где линия фронта неустойчива. Это провинции Алеппо и Идлиб. Здесь союзные правительственным войскам Башара Асада силы, в числе которых иранские добровольцы и бойцы ливанского движения «Хизбалла», ведут с террористами ИГ, «Джебхат ан-Нусры», «Ахрар аш-Шама», «Джейш аль-Мухаджирин валь-Ансара» ожесточённые бои. Поддержку с воздуха, без которой союзникам Дамаска на северном театре военных действий пришлось бы туго, оказывает российская авиагруппа.
Подготовленный американцами и турками «сюрприз» для россиян заключался в том, что ВВС Турции и ВМС США планировали обрушить формально на ИГ серию ударов, а в действительности сильно задеть «по касательной» с трудом, но продвигающиеся сирийские войска. В том, в чём Россию обвиняют западные и некоторые ближневосточные круги все прошедшие с начала военной операции ВКС РФ в Сирии недели, США и Турция решили развернуть против Москвы. Логика «заговорщиков» была до предела проста: «русские большей частью бомбят не „игиловцев“, а „умеренных“, тогда почему мы не можем сделать то же самое». То есть, прикрывшись благими намерениями нанесения урона террористам, ослабить наступательный порыв правительственных войск Сирии. В этом особенно заинтересована Турция, которую просто захлёстывают приступы бешенства от того, что иранцы на земле, а россияне с воздуха ведут успешные военные операции в её южном подбрюшье, а у самой Анкары нет и не было никаких легальных прав на проведение каких-либо военных действий на территории Сирии.
Практически одновременно с зафиксированными Обамой и Эрдоганом в Анталье договорённостями (1) из места базирования в Норфолке, штат Вирджиния, в зону Персидского залива 16 ноября направилась авианесущая корабельная группировка США. На борту флагмана группировки авианосца Harry S. Truman размещено 7-е авиакрыло американских ВМС. Прежде чем встать на боевое дежурство в Заливе, из акватории Восточного Средиземноморья Harry S. Truman и сопровождающие его корабли (2) должны были провести пуски крылатых ракет. Возможно, с палубы авианосца поднялись бы и ударные самолёты с задачей отработать цели в Сирии. Синхронно с этим турецкая авиация, с вероятным подключением американских многоцелевых истребителей F-15 и штурмовиков А-10 с авиабазы «Инджирлик», провела бы серию массированных рейдов в северной Сирии.
Американо-турецкая заготовка имела основной целью «поставить русских на место». Пуски крылатых ракет ВМФ России из Средиземного моря и Каспийского бассейна, задействование Дальней авиации РФ с обоих указанных направлений порядком раззадорили Вашингтон и Анкару. К тому же американцы сильно забеспокоились в связи с возникшими в небе над Восточным Средиземноморьем, например, в ливанском секторе, «угроз» для безопасности полётов гражданской авиации. По этому поводу посвящённые вашингтонские аналитики впритык к 24 ноября успели передать опасения Белого дома. Ими указывалось, что Россия якобы 20 ноября затребовала от ливанских властей приостановки всех полётов на 72 часа, включая проходящие через международный аэропорт Бейрута маршруты. Причина — боевые пуски ВМФ и Дальней авиации России из восточной части Средиземного моря (3).
США и Турция решили ответить России, вздумавшей тягаться с ними в мощи на Ближнем Востоке. Но американцы подзабыли, с каким партнёром они имеют дело. Подбитие турецким F-16 российского Су-24 не входило в планы Белого дома. Вполне вероятно, что Эрдоган в ходе упомянутой встречи с Обамой поднял вопрос о продолжающихся «нарушениях» самолётами российских ВКС воздушного пространства его страны, что требовало, по настоянию Анкары, серьёзной реакции союзников. Но американцы вряд ли рассчитывали на реакцию Турции, выходящую за рамки максимум предупредительных выстрелов в сторону российских «нарушителей». В отличие от турецких деятелей, администрация Обамы ещё не настолько потеряла связь с реальностью, чтобы не предугадать дальнейшие шаги российского руководства.
Обама и команда его советников меньше всего хотели бы появления в регионе комплексов ПВО-ПРО С-400. Переброску за сутки из Подмосковья в сирийскую Латакию российских «Триумфов» американцы могут с уверенностью занести в свой военно-политический пассив. Эскадра во главе с авианосцем Harry S. Truman ещё и близко не подошла к Средиземному морю (расчётное время прибытия корабельной группировки в Персидский залив — 6 недель, начиная с выхода из базы в Норфолке 16 ноября), а на пути её вышеуказанной миссии уже появились свои ограничители.
В новых условиях американцам придётся идти на более продвинутый контакт с россиянами, избегая ненужных столкновений в сирийском небе. Прибавится ли уверенности военным пилотам с того же «Трумана», если при взлёте с борта авианесущего крейсера они будут сразу попадать под объектив радарного слежения С-400? За такой «подарок» от турок придётся отныне отдуваться именно американцам.
Обама также меньше всего хотел бы срыва набирающего обороты политического урегулирования в Сирии под эгидой многосторонних переговоров в Вене. И, наконец, Вашингтону в тягость абсолютно объективная критика Москвы в том, что США не в состоянии обеспечить выполнение тех договорённостей с Россией, под которыми стоит их подпись. Напомним, согласно Меморандуму о предотвращении инцидентов и обеспечении полётов авиации в ходе операций в Сирии, американцы взялись гарантировать соответствующее поведение всех своих партнёров по «антиджихадистской» коалиции.
Не берёмся утверждать, что Эрдоган 24 ноября умышленно подставил Обаму, имея свои, скрытые от американцев, замыслы. Однако отметать эту версию с ходу явно не следует. Анкара объективно заинтересована в росте конфронтации США и России вокруг Сирии. Она прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что любое объединение усилий двух мировых держав в борьбе с ИГ может происходить в ущерб турецким интересам в регионе. Как минимум, в той части, которая затрагивает вопрос создания на севере Сирии второго «Иракского Курдистана». Помощь курдов Ирака в борьбе с Саддамом Хусейном имела свою цену — автономия, по сути, ничем не отличающаяся от полного государственного суверенитета. Почему же борьба сирийских курдов с оружием в руках против ИГ не должна получить сопоставимое вознаграждение? Тем более, когда позиции США и России сходятся в том, что курды Сирии заслужили право, как минимум, на самоуправление в политико-территориальном будущем арабской страны. Отсюда и та нервозность Турции, во многом истеричное поведение её руководства, в своём концентрированном виде нашедшие воплощение утром 24 ноября.
Турция могла бы пуском ракет «воздух-воздух» попытаться столкнуть лбами США и Россию. Это заложено в провокационной манере поведения её нынешнего руководства, воспрявшего духом после успешных для себя выборов 1 ноября. Кстати, подобной провокацией Анкара решила сорвать и российско-французские планы выступления единым антитеррористическим фронтом в Сирии и Ираке. Авианосец Пятой республики Charles de Gaulle тоже устремился в район Персидского залива. И перед тем, как войти в Залив французскому кораблю был отдан приказ вступить во взаимодействие со средиземноморской эскадрой Россией, её флагманом ракетным крейсером «Москва».
На неожиданность для администрации Обамы турецкой провокации обращает внимание ряд последовавших шагов Вашингтона. Оттуда стали настаивать на том, чтобы Анкара направила дополнительные войска для защиты участка турецко-сирийской границы, через который, по данным ЦРУ, продолжается интенсивное перемещение боевиков ИГ и новых зарубежных рекрутов в состав этой террористической группировки. Озвучивается цифра в 30 тыс. турецких солдат, которым следует закрыть на замок контролируемые джихадистами с сирийской стороны участки границы. По словам американских чиновников, которые привела The Wall Street Journal, укрепление турецко-сирийской границы, в том числе развёртывание тяжёлой артиллерии и другой ударной мощи наземного базирования, стало бы наиболее действенным способом прекращения транзита боевиков ИГ и их грузов.
Вашингтон также стал отчётливо выговаривать свои претензии в адрес Анкары в связи с нарастающими ударами турецкой армии по курдским силам в регионе. Турции следует ввести в бой с ИГ новые ударные системы, увеличить интенсивность поражения позиций террористической организации на севере Сирии. Вместо того, она продолжает бить по сирийским и своим курдам (Рабочая партия Курдистана) — двум последовательным противникам ИГ. «Вы с нами или нет», — ставят вопрос «прямолинейные» американцы, уставшие от турецких изворачиваний.
Плюс ко всему подозрения США в связи с ведением Турцией двойной игры, использованием Анкарой некоторых полевых командиров ИГ в своих интересах, никуда не исчезли. Напротив, начиная с апреля-мая этого года, когда в распоряжении ЦРУ впервые появились задокументированные свидетельства о самых тесных связях турецких чиновников из силового блока страны с «игиловцами» (EADaily писало об этом в своих аналитических публикациях), у США накопилась внушительная база соответствующего компромата на Турцию. Даже после встречи Обамы и Эрдогана на полях саммита G20 в Анталье, американские издания не перестали утверждать, что между союзниками остаются глубокие разногласия по принципиальным вопросам из сирийского досье.
В правительстве и силах безопасности Турции существует, как минимум, пассивная поддержка ИГ, говорят вашингтонские аналитики. Это одна из причин, почему США до сих пор отказывают Турции в создании бесполётной зоны в северной Сирии. Ранее Обама подтвердил свою точку зрения, что выдвигаемая турецкой стороной ещё с 2013 года инициатива стала бы «контрпродуктивной». С появлением же российских С-400 бесполётность зоны над севером Сирии приобретает для Турции знак «минус». Теперь сами турецкие F-16 становятся непрошенными гостями в сирийском небе, потенциальными мишенями для их принудительной посадки на земле.
Совместная американо-турецкая операция в виде массированного накрытия целей в Сирии не отменена. Но, скорее всего, двум союзникам по евроатлантическому блоку придётся вносить в предыдущие планы существенные коррективы, учитывающие новую реальность. Пока за крейсером «Москва», оснащённым системой ПВО «Форт» (аналог С-300), морские суда США и Турции в регионе установили круглосуточное наблюдение. Данную миссию приняли на себя американский эсминец Carney (DDG 64) и две турецкие субмарины Dolunay и Burakreis. Что будет затем, когда авианосец Harry S. Truman войдёт в средиземноморские воды, предугадать сложно.
Впрочем, каков бы ни был дальнейший план действий США на сирийском направлении, со всей очевидностью предсказуемость турецкого партнёра для американцев упала к нулевой отметке. Турки опять предпочли союзнической солидарности собственную игру, с чем американцам пришлось столкнуться, например, весной 2003 года, когда решался вопрос вторжения сухопутных дивизий ВС США в Ирак с турецкой территории.
Сбить самолёт, а потом броситься в НАТО для обеспечения коллективного прикрытия своей провокации — это так «по-турецки» времён Османской империи. Только в те времена вместо НАТО турецкие султаны незамедлительно обращались к правителям Британской империи, когда они нуждались в помощи для борьбы с русскими царями.
Нынешние турецкие неоосманы во власти сделали выбор в пользу военно-политических диверсий в надежде переломить ситуацию в Сирии в свою пользу и отвести от самой Турции угрозу гражданской войны. Реакционная модель поведения турецких властей внутри страны, когда для поддержания «электорального тонуса» местное правительство может не побрезговать даже организацией «терактов», какие имели место в Суруче 20 июля и в Анкаре 10 октября, переносится на сирийский театр военных действий. Если за указанными террористическими нападениями действительно стояли боевики ИГ, то как это совмещается с уходящим за турецкий горизонт потоком гружённых нефтью автоцистерн? Террористическая активность ИГ на турецкой территории странным образом после выборов 1 ноября сошла на нет, а если и повторится, то, видимо, исключительно для целей новой политической импровизации властей. Например, в очередной раз подогнанной под соображения борьбы с внутренними врагами в лице «курдских сепаратистов» и радикальных оппозиционеров. Как это, похоже, имело место 1 декабря, на одной из станций стамбульского метрополитена…
Эрдоган и его приближённые загнаны в угол, откуда они действуют со стойким ощущением надвигающейся на Турцию гражданской войны. Её пламя эрдогановцы самым провокационным и одновременно агрессивным способом пытаются перекинуть за южные рубежи страны.
В итоге мы имеем подтверждение ранее выдвинутого EADaily прогноза. Согласно ему, турецкое руководство загоняет себя в позицию регионального маргинала. С таким непредсказуемым игроком всё меньше желают иметь общие дела те же американцы. Самым большим «достижением» эрдогановской Турции за последние почти 5 лет гражданской войны в Сирии стал основательный подрыв доверия к себе со стороны Греции, Армении, Сирии, Ирака, Ирана, Израиля, а теперь и России. Эту стройную шеренгу «карателей» надменного османа за его прошлые и нынешние исторические и геополитические грехи могут пополнить и США.
(1) Отметим, что предшествовавшая этому работа на уровне советников президентов США и Турции, военных и разведывательных ведомств двух стран с 30 сентября велась в интенсивном режиме и была основательно скрыта от излишнего внимания со стороны СМИ.
(2) Эскадрилья миноносцев 28 (Destroyer Squadron 28), крейсеры Anzio, Bulkeley и Gravely, а также эсминец Gonzalez (DDG 66).
(3) Ryan T. Tewell, US Carrier Deployment Opens a Strategic Opportunity in the Mediterranean // The Washington Institute for Near East Policy, November 23, 2015.
