Министр обороны НКР: Азербайджан выбрал путь, близкий к войне
Проходящий год был плодотворным для ВС Арцаха, так как программы, направленные на повышение боевой готовности армии, были реализованы. Такую оценку дал Министр обороны НКР, генерал Армии обороны, Левон Мнацаканян. В эксклюзивном интервью «Арменпресс» он рассказал о проблемах и вызовах, стоящих перед армией. Он также объяснил, почему международные эксперты стали исключать применение ‘’блицкрига’’ со стороны Азербайджана.
Господин Мнацаканян, если подытожить 2015 год, то каким он был для армии Арцаха?
С этой точки зрения 2015 год, можно сказать, был плодотворным для ВС Арцаха, так как все программы и проекты были реализованы и направлены на повышение боевой готовности армии. Повышение боевых навыков командиров всех рангов и просто рядовых было приоритетом, с помощью теории и практических занятий, очень много работы проделано для укрепления передовой. Кроме того, огромное внимание было уделено обеспечению боевой техники и процессу ее внедрения и использования, безопасности тыла, обеспечению приличных социальных условий для военнослужащих и их семей и т.д. Благодаря вышеперечисленным и другим работам, армия не только смогла обеспечить продолжительность достижения предыдущих годов, но и выполнить свою миссию на наивысшем уровне – обеспечить мир и безопасность своего народа.
Недавно один из экспертов оценил ситуацию последних лет, как ‘’медленную войну’’. Вы согласны с этим определением?
В действительности, обостренная ситуация на линии соприкосновения ВС Арцаха и Азербайджана начиная с августа 2014 года, которая спровоцирована исключительно с азербайджанской стороны, никоим образом не соответствует подписанному в мае 1994 года соглашению о режиме прекращения огня. Очевидно, что Азербайджан не только меняет стратегию своих атакующих действий, но и применяемую технику и средства. Таким образом, если вначале Азербайджан использовал лишь снайперов и диверсии, то с марта 2015 года стал использовать минометы, гранатометы и зенитно-ракетные комплексы разных калибров. Например, гаубицы Д-20 122 мм, ракетные установки ТР-107 турецкого производства, танки. А если учесть случай сбитого вертолета в ноябре, то станет явным, что Азербайджан выбрал не путь мирных переговоров, а почти что военный способ.
За последний год Азербайджан применяет оружие турецкого производства. Поднимается ли этот вопрос во время встреч с Сопредседателями Минской группы ОБСЕ?
В рамках своих полномочий во время встреч с представителями Минской группы я затрагиваю не только эти вопросы, но и вопросы, касающиеся ситуации на линии соприкосновения. Что же касается их реакции, то было бы лучше при подходящем случае задать этот вопрос сопредседателям.
Турция также является членом НАТО. Как Вы думаете, насколько молчание НАТО в этой связи соответствует принципам и идеям этой организации?
С этим вопросом лучше обратиться к соответствующему адресату.
Если несколько лет назад международные эксперты, прогнозирующие войну в Арцахе, считали Азербайджан пойдет на ''блицкриг'', то в последнее время нет такого мнения. Как Вы думаете, с чем это связано? Что послужило причиной того, что эксперты поменяли свое мнение?
Я бы сказал, что о ''блицкриге'' говорили те, кто не владел информацией полностью или находился под влиянием азербайджанской агиткампании. А о возможной войне и возможностях противников могут судить лишь те, которые владеют реальной информацией о двух конфликтующих сторонах. Конечно, наверное, эти эксперты уже владеют данной информацией.
Господин министр, несколько лет назад был представлен отчет, согласно которому, солдаты, погибшие от пули противника, получали ранение именно в области головы, и связывали это также с невнимательностью солдат. Какова ситуация сегодня? Какие работы проводятся в этом направлении?
Если на передовой регулярно нарушается режим прекращения огня из оружия разных калибров, а война между снайперами уже стала очевидной, то ясно, что без потерь не обойтись. Но это не означает, то мы должны смириться с этой ситуацией и искать оправдания. Мы согласны с этим и готовы искать пути не для исключения, а хотя бы сокращения таких случаев. Для достижения этого необходимо сперва воспитать в солдатах необходимые психологические и моральные качества, и, конечно, обеспечить соответствующим инженерским оборудованием боевые позиции. Это два важнейших направления, над которыми мы сегодня работаем.
Господин Мнацакнян, к сожалению, в этом году было много жертв в армии. Есть ли статистические данные? Какой процент занимают погибшие в мирное время?
Смерть каждого солдата для нас большая утрата, несмотря на то, случилось это в мирное время или в военное. Это реалия, которая измеряется не статистикой, а людскими судьбами… Поверьте, даже смерть одного солдата для нашей армии очень огромная потеря, и в связи с этим мы должны сделать все возможное и невозможное во избежание таких случаев.
Господин Мнацаканян, над какими направлениями, проблемами и вызовами вы будете работать в следующие годы?
Как всегда, в следующие годы мы также будем работать над укреплением армии. Для этого есть все условия. Уверен, что армия и народ сделают все возможное, чтобы для обеспечения мира в стране.
Господин Мнацаканян, если подытожить 2015 год, то каким он был для армии Арцаха?
С этой точки зрения 2015 год, можно сказать, был плодотворным для ВС Арцаха, так как все программы и проекты были реализованы и направлены на повышение боевой готовности армии. Повышение боевых навыков командиров всех рангов и просто рядовых было приоритетом, с помощью теории и практических занятий, очень много работы проделано для укрепления передовой. Кроме того, огромное внимание было уделено обеспечению боевой техники и процессу ее внедрения и использования, безопасности тыла, обеспечению приличных социальных условий для военнослужащих и их семей и т.д. Благодаря вышеперечисленным и другим работам, армия не только смогла обеспечить продолжительность достижения предыдущих годов, но и выполнить свою миссию на наивысшем уровне – обеспечить мир и безопасность своего народа.
Недавно один из экспертов оценил ситуацию последних лет, как ‘’медленную войну’’. Вы согласны с этим определением?
В действительности, обостренная ситуация на линии соприкосновения ВС Арцаха и Азербайджана начиная с августа 2014 года, которая спровоцирована исключительно с азербайджанской стороны, никоим образом не соответствует подписанному в мае 1994 года соглашению о режиме прекращения огня. Очевидно, что Азербайджан не только меняет стратегию своих атакующих действий, но и применяемую технику и средства. Таким образом, если вначале Азербайджан использовал лишь снайперов и диверсии, то с марта 2015 года стал использовать минометы, гранатометы и зенитно-ракетные комплексы разных калибров. Например, гаубицы Д-20 122 мм, ракетные установки ТР-107 турецкого производства, танки. А если учесть случай сбитого вертолета в ноябре, то станет явным, что Азербайджан выбрал не путь мирных переговоров, а почти что военный способ.
За последний год Азербайджан применяет оружие турецкого производства. Поднимается ли этот вопрос во время встреч с Сопредседателями Минской группы ОБСЕ?
В рамках своих полномочий во время встреч с представителями Минской группы я затрагиваю не только эти вопросы, но и вопросы, касающиеся ситуации на линии соприкосновения. Что же касается их реакции, то было бы лучше при подходящем случае задать этот вопрос сопредседателям.
Турция также является членом НАТО. Как Вы думаете, насколько молчание НАТО в этой связи соответствует принципам и идеям этой организации?
С этим вопросом лучше обратиться к соответствующему адресату.
Если несколько лет назад международные эксперты, прогнозирующие войну в Арцахе, считали Азербайджан пойдет на ''блицкриг'', то в последнее время нет такого мнения. Как Вы думаете, с чем это связано? Что послужило причиной того, что эксперты поменяли свое мнение?
Я бы сказал, что о ''блицкриге'' говорили те, кто не владел информацией полностью или находился под влиянием азербайджанской агиткампании. А о возможной войне и возможностях противников могут судить лишь те, которые владеют реальной информацией о двух конфликтующих сторонах. Конечно, наверное, эти эксперты уже владеют данной информацией.
Господин министр, несколько лет назад был представлен отчет, согласно которому, солдаты, погибшие от пули противника, получали ранение именно в области головы, и связывали это также с невнимательностью солдат. Какова ситуация сегодня? Какие работы проводятся в этом направлении?
Если на передовой регулярно нарушается режим прекращения огня из оружия разных калибров, а война между снайперами уже стала очевидной, то ясно, что без потерь не обойтись. Но это не означает, то мы должны смириться с этой ситуацией и искать оправдания. Мы согласны с этим и готовы искать пути не для исключения, а хотя бы сокращения таких случаев. Для достижения этого необходимо сперва воспитать в солдатах необходимые психологические и моральные качества, и, конечно, обеспечить соответствующим инженерским оборудованием боевые позиции. Это два важнейших направления, над которыми мы сегодня работаем.
Господин Мнацакнян, к сожалению, в этом году было много жертв в армии. Есть ли статистические данные? Какой процент занимают погибшие в мирное время?
Смерть каждого солдата для нас большая утрата, несмотря на то, случилось это в мирное время или в военное. Это реалия, которая измеряется не статистикой, а людскими судьбами… Поверьте, даже смерть одного солдата для нашей армии очень огромная потеря, и в связи с этим мы должны сделать все возможное и невозможное во избежание таких случаев.
Господин Мнацаканян, над какими направлениями, проблемами и вызовами вы будете работать в следующие годы?
Как всегда, в следующие годы мы также будем работать над укреплением армии. Для этого есть все условия. Уверен, что армия и народ сделают все возможное, чтобы для обеспечения мира в стране.
