Беспощадный маркетинг ИГИЛ: бизнес-проект «халифат» и пирамида террора
Какой бы ни была мировая реакция на парижские теракты, «Исламское государство» уже выиграло. Еще больше авиаударов по боевикам в Сирии, Ираке и усиленная поддержка наземных операций? Отлично! Рост правых настроений в Европе и жесткие меры безопасности? То, что нужно. Теперь ни у кого не остается ни тени сомнения, что ИГИЛ — исчадие ада? Куда уж лучше.
Мы воспринимаем «Исламское государство» как современных варваров. По сути же ИГИЛ больше похож на коммерческое предприятие с четкой маркетинговой стратегией, в которой даже массовые казни имеют сугубо прикладное значение. А призыв к джихаду и созданию «халифата» — скорее рекламный слоган, а не цель. Идеологи ИГИЛ, как прилежные ученики лучших бизнес-школ, следуют западным тактикам и стратегиям и используют ту действительность мира, которую не изменишь даже за год. Цивилизованный мир, похоже, был не готов к этому. Западные аналитики уже признают, что пока битва проиграна.
Прилежные ученики
До 2014 года Исламское государство Ирака и Леванта (ИГИЛ) мало чем отличалось от остальных джихадистских группировок. Созданное при поддержке «Аль-Каиды», оно должно было вести войну за Всемирный халифат в Ираке. Однако в прошлом году группировка вышла из-под контроля «старших» братьев, и захватила иракский Мосул, полный денег и оружия. С этого момента началась история уже другого «Исламского государства» (ИГ). За полтора года боевики захватили треть Ирака, Сирии, создали армию из десятков тысяч джихадистов и построили свой полноценный «халифат». В новейшей истории этого не удавалось ни одной исламистской группировке. У разбитого корыта оказалась даже «Аль-Каида», которая неожиданно для себя из движущей силы джихадизма превратилась в проигравшего конкурента. Не признание «Исламского государства» большей частью клириков, попрание норм Ислама даже с точки зрения исламских фундаменталистов и присвоение себе личного права устанавливать «халифат» — не аргументы, как показала практика. Маркетинг по западным лекалам оказался куда более сильным оружием, чем следование сурам и фетвам. О чем можно говорить, если, кроме Ирака, Сирии, Египта, Ливии, Нигерии, Йемена, Сомали загребущие руки «Исламского государства» добрались до святая святых «Аль-Каиды» — Афганистана. И даже «Талибан», выстоявший под натиском американцев, раскололся в своем отношении к ИГИЛ. Прозаично, но даже в глухих горных аулах любят успешных.
К невероятным для джихадистов успехам ИГИЛ пришел как будто по бизнес-учебникам. В Ираке удачно «нашел» свою долю рынка для старта. Захватив иракский Мосул, «Исламское государство» получило поддержку местных суннитских племен, недовольных шиитским правительством. Нефтяные месторождения и банки с деньгами, оружейные склады, несколько миллионов жителей создали боевикам базовую территорию в регионе, где «Исламское государство» начало увеличивать свою долю рынка. Ненависть Запада и стран Ближнего Востока к Башару Асаду была настолько сильна, что экспансия ИГИЛ и в Сирию, по сути, сошла ей с рук. А грамотный маркетинг позволил привлечь новые ресурсы. Тысячи джихадистов, хлынувших в «Исламское государство», наделали больше шума в прессе, чем в правительствах. Один из высокопоставленных сотрудников американской разведки признался агентству Reuters, что власти стран Запада были даже рады тому, что радикалы уезжают из страны. А так как ИГИЛ не заявлял в голос о всемирной экспансии и не устраивал терактов, то американцы ограничились бомбардировками, что для мобильных соединений боевиков не стало смертельным ударом.
Противоречивое отношение к ситуации в Сирии со стороны соседних стран позволило идеологам ИГИЛ найти в них, возможно, и временных, но союзников. Не секрет, что в Турции сквозь пальцы смотрели на транзит боевиков через страну и даже помогали им, если те наносили удары по позициям курдов. Страны Ближнего Востока, состоя из множества религиозных суннитских кланов и испытывая неприязнь к алавитско-шиитскому Башару Асаду, Саудовская Аравия и Катар стали одними из финансистов и поставщиков боевиков. ИГИЛ при этом не лез на рожон и самые кровавые схватки с сирийскими войсками предоставлял «Аль-Каиде» и прочим «умеренными оппозиционерам-террористам». Поэтому и Россия нанесла прежде всего удары по тем, кто представлял угрозу позициям правительственных войск. К этому времени «Исламское государство» накопило силы и средства и уже вело экспансию на новые рынки — по-прежнему, локальные рынки и не раздражающие могущественных игроков: в страны, раздираемые религиозными войнами с исламскими фанатиками. Как бы цинично ни звучало, но теракты в Париже стали третьей стадией «развития» — ИГИЛ. Экспансию в развитые страны, где живут сейчас уже миллионы мусульман, можно считать самоубийственной с точки зрения возможной обратной реакции, однако вполне логичной с точки зрения бизнеса и той действительности, в которой оказалась Европа.
«Купи джихад и халифат»
Отрезание голов, массовые расстрелы, казни танками приводят в шок сотни миллионов людей. Но сделали ИГИЛ известной на весь земной шар, а черные флаги с арабской вязью и балаклавы — мировым брендом. Видео расправ распространяют, обсуждают все — в соцсетях, в СМИ, на кухнях. В американском Brooking institution считают, что такая маркетинговая кампания позволяет привлекать максимум зрителей при минимуме затрат. Впрочем, и это далеко не все. «Жестоко? Но мы не их аудитория. Такие видео позволяют сужать аудиторию до той, которая нужна. А постоянная жестокость служит «целевым» потребителям еще и демонстрацией того, что ИГИЛ никто не может помешать и они эффективны, — рассказал BBC креативный директор рекламного агентства Magnetry Ясон Смит. На фоне поражений даже стран Ближнего Востока в геополитических играх успех ИГИЛ впечатляет склонных к радикализму мусульман.
Для большинства обывателей, не исповедующих Ислам, знакомство с ИГИЛ заканчивается жуткими казнями. На самом деле, в медиакампании «Исламского государства» они занимают всего лишь 2% контента, которое оно распространяет. Мусульмане, клюнувшие на наживку ИГИЛ, погружаются совсем в иной мир, где «халифат» — не мечта, а реальность. Буквально за месяцы ИГИЛ создал целое государство с мощной пропагандистской машиной. По данным Brooking institution, только в Твиттере у «Исламского государства» зафиксировано до 5000 аккаунтов. Их закрывают, но вместо них появляются новые. Медиакрыло ИГИЛ «Аль-Хайят» не только занимается соцсетями, имеет профессиональную телестудию, телеканалы и радиостанции, но даже выпускает компьютерные игры, приложения и гламурный журнал «Дабик». Одно время он продавался на Amazon и является полноценным иллюстрированным изданием, в котором рассказывают даже о том, как правильно хранить оружие. Американская CNN вынуждена была признать, что качество документальных фильмов ИГИЛ не уступает голливудским.
И не важно что на самом деле происходит в «халифате» ИГИЛ. Оттуда возвращаются единицы. Главное, как он выглядит виртуально. Мощная пропагандистская машина находит подход ко всем во внешнем мире и служит единственным источником информации внутри «халифата». По данным аналитического агентства Quilliam, в течение месяца в виде фото- и теологических эссе, видеороликов, аудиозаписей, журналов, новостных сообщений, памфлетов и постеров ИГИЛ распространяет более тысячи новостных сообщений. Около 40 — в день. Информация подается на 6 языках: русском, турецком, арабском, курдском, французском и английском. Более половины сообщений касаются гражданской жизни, которые рисуют сказочный Халифат. Главные новости — религия, работа местных служб, экономические успехи, исполнение законов Шариата и социальная жизнь. Например, на праздник Айд-аль-Фитр дети играют в развлекательном центре и купаются в бассейне, а взрослые гуляют по парку и занимаются благотворительностью. Или — в Мосуле восстанавливают торговые лавки после авиаударов, в Фалудже раздают газеты, в Тальафаре укладывают асфальт, проводят телефонные линии и конфискуют сигареты. Военные сводки успехов и жизни армии занимают треть контента. Еще важная часть пропаганды — мученичество: военные, погибшие за джихад, и гражданские, якобы ушедшие в рай после американских и российских бомбардировок.
Вся пропаганда ИГИЛ имеет четкую целевую аудиторию. Даже видео жестоких расправ направлены на разных зрителей. Например, на суннитов, которые живут в Сирии и Ираке, или возможных дезертиров. Им показывают, что будет, если они усомнятся в правильности «Исламского государства».
Исламский «МММ»
О бизнесе ИГИЛ написано много: от контрабандной торговли нефтью с захваченных месторождений до налогов и выкупов заложников. Поэтому деньги на маркетинг у джихадистов есть. Как и люди, которые его делают. Кто они? Очевидно, среди них немало иностранцев. С самого своего появления ряды ИГИЛ пополнили десятки тысяч иностранцев и это, пожалуй, главный успех псевдо-джихадистов. Только по официальным данным Антитеррористического центра в США, под знамена ИГИЛ встали около 4 тысяч европейцев и американцев. Радикальным исламистам «Исламское государство» предложило то, что не делали другие. Особняки, машины, деньги — обещали благополучие на земле, а не только рай и мнимые перспективы после джихада, как это делает, например, «Аль-Каида».
Как отмечают многие аналитики, в успехе по привлечению иностранцев у ИГИЛ есть еще одна составляющая. Его идеологи предложили маргиналам по всему миру стать частью «революционного братства». Если ты не можешь найти себя в обычной жизни, одинок или обижен на весь мир, то в «Исламском государстве» ты станешь частью революции, найдешь понимание и сможешь внести свою лепту в исторические события.
«Для молодых людей, которые не нашли своего места в жизни и им кажется, что все бесполезно, — это четкий сигнал, что они могут что-то сделать в жизни», — рассказала BBC стратегический планировщик маркетингового агентства Pereira&O'neil Анна Бединейшвили.
Изображения того, как боевики улыбаются, занимаются благотворительностью, гостеприимно принимают в свои ряды новоприбывших — одни из самых распространенных. В век, когда люди не читают книги, ИГИЛ не «грузит» аудиторию текстами и сурами. Все легко, просто и понятно. Фото и видео — и как можно больше. И — личный подход к каждому.
«Они уделяют внимание каждой аудитории. На форумах, в личном общении они хорошо понимают и знают, как общаться с женщинами, теми, кто только принял Ислам, и даже специалистами разных профессий», — уверен программный координатор американского «Института стратегического диалога» Генри Так. Об этом он рассказал Vice News.
Поэтому не удивительно, что поток иностранцев-мусульман в ИГИЛ не иссякает. При этом даже «Аль-Каиде» противопоставить псевдо-джихадистам нечего. Масштабы пропаганды разные. Рассказы о том, что новоприбывших сотнями бросают на штурмы, как пушечное мясо, а чтобы стать шахидом надо даже платить взятку, действуют на единицы. «Аль-Каида» тем временем продолжает терять сторонников. Например, очередная свара с ИГИЛ случилась из-за того, что часть клириков из Дагестана перешла на сторону «Исламского государства». По большому счету, выбор между «Аль-Каидой» и ИГИЛ — это выбор бедного вкладчика между банком и МММ. Первые предлагают верящему в чудо человеку копейку на рубль в год и миллион в следующем тысячелетии. Исламская «МММ» — все вместе и уже сейчас.
Ставки на повышение
То, как «Исламское государство» стремительно развивалось и использовало при этом слабости основных геополитических игроков, впечатляет. Но требует продолжения — еще более мощного и впечатляющего. Повышение ставок — на такой лад настроена «маркетинговая» стратегия «Исламского государства», если подходить к нему как к бизнес-проекту. После начала российских авиаударов ИГИЛ стало последней исламистской группировкой, кто объявил России джихад. С точки зрения маркетинга, получился прокол, который боевики поспешили нагнать. Взорванный над Синаем российский лайнер, теракты в Бейруте и Париже — такого мощного «пиара» ИГИЛ себе еще не делал никогда. Правда, в отличие от Сирии и Ирака ответ может быть сокрушительным, что, впрочем, не могли не рассчитать «маркетологи» боевиков. Очевидно, они полагаются на то, что геополитические игроки не рискнут на наземную операцию и вряд ли объединятся, забыв об обоюдном недоверии. В ином случае получат жертвы и масштабные акции протеста общественности. В Европе возрастут антиисламские настроения? Они только радикализируют местных мусульман. Одна из проблем ЕС — миллионы местных правоверных с трудом интегрируются в европейское общество и редко находят себя в нем, поставляя ИГИЛ все новые кадры. Поэтому будущее миллиона новоприбывших беженцев из исламских стран еще более туманно. Но ИГИЛ, наверняка, постараются найти в нем место и для себя, чтобы перейти на новый уровень «маркетинговой» стратегии. Вопрос только в том, насколько мир сможет дать адекватный ответ. По крайней мере, он уже давно написан во всех бизнес-учебниках.
Мы воспринимаем «Исламское государство» как современных варваров. По сути же ИГИЛ больше похож на коммерческое предприятие с четкой маркетинговой стратегией, в которой даже массовые казни имеют сугубо прикладное значение. А призыв к джихаду и созданию «халифата» — скорее рекламный слоган, а не цель. Идеологи ИГИЛ, как прилежные ученики лучших бизнес-школ, следуют западным тактикам и стратегиям и используют ту действительность мира, которую не изменишь даже за год. Цивилизованный мир, похоже, был не готов к этому. Западные аналитики уже признают, что пока битва проиграна.
Прилежные ученики
До 2014 года Исламское государство Ирака и Леванта (ИГИЛ) мало чем отличалось от остальных джихадистских группировок. Созданное при поддержке «Аль-Каиды», оно должно было вести войну за Всемирный халифат в Ираке. Однако в прошлом году группировка вышла из-под контроля «старших» братьев, и захватила иракский Мосул, полный денег и оружия. С этого момента началась история уже другого «Исламского государства» (ИГ). За полтора года боевики захватили треть Ирака, Сирии, создали армию из десятков тысяч джихадистов и построили свой полноценный «халифат». В новейшей истории этого не удавалось ни одной исламистской группировке. У разбитого корыта оказалась даже «Аль-Каида», которая неожиданно для себя из движущей силы джихадизма превратилась в проигравшего конкурента. Не признание «Исламского государства» большей частью клириков, попрание норм Ислама даже с точки зрения исламских фундаменталистов и присвоение себе личного права устанавливать «халифат» — не аргументы, как показала практика. Маркетинг по западным лекалам оказался куда более сильным оружием, чем следование сурам и фетвам. О чем можно говорить, если, кроме Ирака, Сирии, Египта, Ливии, Нигерии, Йемена, Сомали загребущие руки «Исламского государства» добрались до святая святых «Аль-Каиды» — Афганистана. И даже «Талибан», выстоявший под натиском американцев, раскололся в своем отношении к ИГИЛ. Прозаично, но даже в глухих горных аулах любят успешных.
К невероятным для джихадистов успехам ИГИЛ пришел как будто по бизнес-учебникам. В Ираке удачно «нашел» свою долю рынка для старта. Захватив иракский Мосул, «Исламское государство» получило поддержку местных суннитских племен, недовольных шиитским правительством. Нефтяные месторождения и банки с деньгами, оружейные склады, несколько миллионов жителей создали боевикам базовую территорию в регионе, где «Исламское государство» начало увеличивать свою долю рынка. Ненависть Запада и стран Ближнего Востока к Башару Асаду была настолько сильна, что экспансия ИГИЛ и в Сирию, по сути, сошла ей с рук. А грамотный маркетинг позволил привлечь новые ресурсы. Тысячи джихадистов, хлынувших в «Исламское государство», наделали больше шума в прессе, чем в правительствах. Один из высокопоставленных сотрудников американской разведки признался агентству Reuters, что власти стран Запада были даже рады тому, что радикалы уезжают из страны. А так как ИГИЛ не заявлял в голос о всемирной экспансии и не устраивал терактов, то американцы ограничились бомбардировками, что для мобильных соединений боевиков не стало смертельным ударом.
Противоречивое отношение к ситуации в Сирии со стороны соседних стран позволило идеологам ИГИЛ найти в них, возможно, и временных, но союзников. Не секрет, что в Турции сквозь пальцы смотрели на транзит боевиков через страну и даже помогали им, если те наносили удары по позициям курдов. Страны Ближнего Востока, состоя из множества религиозных суннитских кланов и испытывая неприязнь к алавитско-шиитскому Башару Асаду, Саудовская Аравия и Катар стали одними из финансистов и поставщиков боевиков. ИГИЛ при этом не лез на рожон и самые кровавые схватки с сирийскими войсками предоставлял «Аль-Каиде» и прочим «умеренными оппозиционерам-террористам». Поэтому и Россия нанесла прежде всего удары по тем, кто представлял угрозу позициям правительственных войск. К этому времени «Исламское государство» накопило силы и средства и уже вело экспансию на новые рынки — по-прежнему, локальные рынки и не раздражающие могущественных игроков: в страны, раздираемые религиозными войнами с исламскими фанатиками. Как бы цинично ни звучало, но теракты в Париже стали третьей стадией «развития» — ИГИЛ. Экспансию в развитые страны, где живут сейчас уже миллионы мусульман, можно считать самоубийственной с точки зрения возможной обратной реакции, однако вполне логичной с точки зрения бизнеса и той действительности, в которой оказалась Европа.
«Купи джихад и халифат»
Отрезание голов, массовые расстрелы, казни танками приводят в шок сотни миллионов людей. Но сделали ИГИЛ известной на весь земной шар, а черные флаги с арабской вязью и балаклавы — мировым брендом. Видео расправ распространяют, обсуждают все — в соцсетях, в СМИ, на кухнях. В американском Brooking institution считают, что такая маркетинговая кампания позволяет привлекать максимум зрителей при минимуме затрат. Впрочем, и это далеко не все. «Жестоко? Но мы не их аудитория. Такие видео позволяют сужать аудиторию до той, которая нужна. А постоянная жестокость служит «целевым» потребителям еще и демонстрацией того, что ИГИЛ никто не может помешать и они эффективны, — рассказал BBC креативный директор рекламного агентства Magnetry Ясон Смит. На фоне поражений даже стран Ближнего Востока в геополитических играх успех ИГИЛ впечатляет склонных к радикализму мусульман.
Для большинства обывателей, не исповедующих Ислам, знакомство с ИГИЛ заканчивается жуткими казнями. На самом деле, в медиакампании «Исламского государства» они занимают всего лишь 2% контента, которое оно распространяет. Мусульмане, клюнувшие на наживку ИГИЛ, погружаются совсем в иной мир, где «халифат» — не мечта, а реальность. Буквально за месяцы ИГИЛ создал целое государство с мощной пропагандистской машиной. По данным Brooking institution, только в Твиттере у «Исламского государства» зафиксировано до 5000 аккаунтов. Их закрывают, но вместо них появляются новые. Медиакрыло ИГИЛ «Аль-Хайят» не только занимается соцсетями, имеет профессиональную телестудию, телеканалы и радиостанции, но даже выпускает компьютерные игры, приложения и гламурный журнал «Дабик». Одно время он продавался на Amazon и является полноценным иллюстрированным изданием, в котором рассказывают даже о том, как правильно хранить оружие. Американская CNN вынуждена была признать, что качество документальных фильмов ИГИЛ не уступает голливудским.
И не важно что на самом деле происходит в «халифате» ИГИЛ. Оттуда возвращаются единицы. Главное, как он выглядит виртуально. Мощная пропагандистская машина находит подход ко всем во внешнем мире и служит единственным источником информации внутри «халифата». По данным аналитического агентства Quilliam, в течение месяца в виде фото- и теологических эссе, видеороликов, аудиозаписей, журналов, новостных сообщений, памфлетов и постеров ИГИЛ распространяет более тысячи новостных сообщений. Около 40 — в день. Информация подается на 6 языках: русском, турецком, арабском, курдском, французском и английском. Более половины сообщений касаются гражданской жизни, которые рисуют сказочный Халифат. Главные новости — религия, работа местных служб, экономические успехи, исполнение законов Шариата и социальная жизнь. Например, на праздник Айд-аль-Фитр дети играют в развлекательном центре и купаются в бассейне, а взрослые гуляют по парку и занимаются благотворительностью. Или — в Мосуле восстанавливают торговые лавки после авиаударов, в Фалудже раздают газеты, в Тальафаре укладывают асфальт, проводят телефонные линии и конфискуют сигареты. Военные сводки успехов и жизни армии занимают треть контента. Еще важная часть пропаганды — мученичество: военные, погибшие за джихад, и гражданские, якобы ушедшие в рай после американских и российских бомбардировок.
Вся пропаганда ИГИЛ имеет четкую целевую аудиторию. Даже видео жестоких расправ направлены на разных зрителей. Например, на суннитов, которые живут в Сирии и Ираке, или возможных дезертиров. Им показывают, что будет, если они усомнятся в правильности «Исламского государства».
Исламский «МММ»
О бизнесе ИГИЛ написано много: от контрабандной торговли нефтью с захваченных месторождений до налогов и выкупов заложников. Поэтому деньги на маркетинг у джихадистов есть. Как и люди, которые его делают. Кто они? Очевидно, среди них немало иностранцев. С самого своего появления ряды ИГИЛ пополнили десятки тысяч иностранцев и это, пожалуй, главный успех псевдо-джихадистов. Только по официальным данным Антитеррористического центра в США, под знамена ИГИЛ встали около 4 тысяч европейцев и американцев. Радикальным исламистам «Исламское государство» предложило то, что не делали другие. Особняки, машины, деньги — обещали благополучие на земле, а не только рай и мнимые перспективы после джихада, как это делает, например, «Аль-Каида».
Как отмечают многие аналитики, в успехе по привлечению иностранцев у ИГИЛ есть еще одна составляющая. Его идеологи предложили маргиналам по всему миру стать частью «революционного братства». Если ты не можешь найти себя в обычной жизни, одинок или обижен на весь мир, то в «Исламском государстве» ты станешь частью революции, найдешь понимание и сможешь внести свою лепту в исторические события.
«Для молодых людей, которые не нашли своего места в жизни и им кажется, что все бесполезно, — это четкий сигнал, что они могут что-то сделать в жизни», — рассказала BBC стратегический планировщик маркетингового агентства Pereira&O'neil Анна Бединейшвили.
Изображения того, как боевики улыбаются, занимаются благотворительностью, гостеприимно принимают в свои ряды новоприбывших — одни из самых распространенных. В век, когда люди не читают книги, ИГИЛ не «грузит» аудиторию текстами и сурами. Все легко, просто и понятно. Фото и видео — и как можно больше. И — личный подход к каждому.
«Они уделяют внимание каждой аудитории. На форумах, в личном общении они хорошо понимают и знают, как общаться с женщинами, теми, кто только принял Ислам, и даже специалистами разных профессий», — уверен программный координатор американского «Института стратегического диалога» Генри Так. Об этом он рассказал Vice News.
Поэтому не удивительно, что поток иностранцев-мусульман в ИГИЛ не иссякает. При этом даже «Аль-Каиде» противопоставить псевдо-джихадистам нечего. Масштабы пропаганды разные. Рассказы о том, что новоприбывших сотнями бросают на штурмы, как пушечное мясо, а чтобы стать шахидом надо даже платить взятку, действуют на единицы. «Аль-Каида» тем временем продолжает терять сторонников. Например, очередная свара с ИГИЛ случилась из-за того, что часть клириков из Дагестана перешла на сторону «Исламского государства». По большому счету, выбор между «Аль-Каидой» и ИГИЛ — это выбор бедного вкладчика между банком и МММ. Первые предлагают верящему в чудо человеку копейку на рубль в год и миллион в следующем тысячелетии. Исламская «МММ» — все вместе и уже сейчас.
Ставки на повышение
То, как «Исламское государство» стремительно развивалось и использовало при этом слабости основных геополитических игроков, впечатляет. Но требует продолжения — еще более мощного и впечатляющего. Повышение ставок — на такой лад настроена «маркетинговая» стратегия «Исламского государства», если подходить к нему как к бизнес-проекту. После начала российских авиаударов ИГИЛ стало последней исламистской группировкой, кто объявил России джихад. С точки зрения маркетинга, получился прокол, который боевики поспешили нагнать. Взорванный над Синаем российский лайнер, теракты в Бейруте и Париже — такого мощного «пиара» ИГИЛ себе еще не делал никогда. Правда, в отличие от Сирии и Ирака ответ может быть сокрушительным, что, впрочем, не могли не рассчитать «маркетологи» боевиков. Очевидно, они полагаются на то, что геополитические игроки не рискнут на наземную операцию и вряд ли объединятся, забыв об обоюдном недоверии. В ином случае получат жертвы и масштабные акции протеста общественности. В Европе возрастут антиисламские настроения? Они только радикализируют местных мусульман. Одна из проблем ЕС — миллионы местных правоверных с трудом интегрируются в европейское общество и редко находят себя в нем, поставляя ИГИЛ все новые кадры. Поэтому будущее миллиона новоприбывших беженцев из исламских стран еще более туманно. Но ИГИЛ, наверняка, постараются найти в нем место и для себя, чтобы перейти на новый уровень «маркетинговой» стратегии. Вопрос только в том, насколько мир сможет дать адекватный ответ. По крайней мере, он уже давно написан во всех бизнес-учебниках.
