Девушка умерла во время нелегальной пластической операции в детской больнице

24-летняя Манэ Мартиросян запланировала сделать ринопластику ещё в юности, в 10-м классе. Она мечтала убрать горбинку на носу. Даже возраст, когда решится на операцию, определила заранее — 24 года. В октябре 2016-го она всё-таки решилась обратиться к врачам.

— Я всё время говорила, что не надо в Белгороде делать, у нас нет пластических хирургов, только обычные, — рассказала мама Манэ Сусанна Малхасян. — Даже звонила в Армению, договорилась там с пластическим хирургом. Но она хотела сделать операцию до Нового года и говорила, что уже нашла хорошего хирурга в Белгороде.

О том, кто будет делать операцию, Манэ родителям не сообщала долго. Как нашла врача, тоже не сказала. Советовалась в основном с сестрой Сериной.

— Она нашла врача в Интернете, — поделилась воспоминаниями Серина. — Прочитала о нём какие-то отзывы, связалась с мужчиной, который посоветовал ей этого врача. Он рассказал ей, что его жена уже делала операцию у этого хирурга. 21 октября она ходила к нему на первую консультацию.

 

Хирург, к которому ходила Манэ, — Леонид Пажинский, заведующий отоларингологическим отделением Детской областной клинической больницы. Операцию назначили на 23 декабря. За день до неё Манэ снова была у специалиста на консультации, где узнала, что большую часть суммы нужно будет оплатить хирургу наличными. 

 

— Манэ позвонила и сказала, что сомневается, стоит ли делать операцию, так как оплачена она будет неофициально. И переживала, что не знает точно, какую сумму нужно будет оплатить в кассу, боялась, что не уложится в 70 000, — рассказала Серина. 

 

Когда Манэ узнала, что уложится в запланированную сумму, то решилась на операцию. Она оплатила через кассу 9 672 рубля, а ещё 60 000 отдала Леониду на руки. В документах, выданных больницей, прописана оплата услуг не за ринопластику, а за подслизистую резекцию носовой перегородки.

 

— В день операции я была в палате, ждала её, — вспоминает Сусанна Малхасян. — Обещали привезти через два часа, но задерживались. Я начала волноваться, хотела выйти из палаты, но тут пришёл врач, начал задавать вопросы, в том числе была ли у Манэ аллергия. Я удивилась, почему не спрашивали об этом раньше. Врач сообщил, что у неё упало давление и очень слабое сердцебиение. Ещё через некоторое время мне сообщили, что она не дышит. Я не знаю, была ли в той больнице реанимация, но почему-то её увезли в другое здание. Потом сказали, что дочка умерла от анафилактического шока.

Чтобы разобраться, по какой причине умерла их дочь, родители Манэ обратились в правоохранительные органы. 26 декабря СК возбудил уголовное дело по статье "Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом служебных обязанностей".

— Причиной смерти является внезапное повышение температуры тела. В настоящее время по делу проводится комплексная судебно-медицинская экспертиза, которая позволит установить степень вины врачей. Также проводятся следственные действия, направленные на установление всех обстоятельств произошедшего. Расследование уголовного дела продолжается, — сообщила Елена Козырева, старший помощник руководителя по взаимодействию со СМИ СУ СКР по Белгородской области.